Феномен «Аватара»
Феномен «Аватара» давно вышел за рамки обычного кассового успеха. За первые 17 дней фильм Джеймса Камерона собрал миллиард долларов – результат, который когда-то казался невозможным. Люди выстраивались в очереди, в том числе в России, словно не на киносеанс, а на событие, которое нужно пережить лично. И возникает естественный вопрос: почему «Аватар» оказался настолько мощным триггером для зрителей по всему миру?
В США популярность фильма выглядит особенно парадоксальной. Сюжет прямо противопоставляет американскую культуру идее покорения, технологического превосходства и права сильного. В фильме именно люди (корпорации, военные, учёные под давлением денег) олицетворяют зло. Они вторгаются на чужую планету с целью выжать из неё ресурсы. Зритель наблюдает, как американская армия терпит поражение, и при этом американская публика принимает фильм почти как национальную гордость. Возможно, именно потому, что американское общество ценит свободу самовыражения и критику самого себя, даже если она звучит в форме фантастического блокбастера. Но не исключено и другое: история «Аватара» настолько универсальна, что перестаёт быть политической. Она попадает в ту часть сознания, где мы реагируем не как граждане, а как люди.
Особенно ярко это видно по реакции российских зрителей. Многие признаются, что сцена гибели Дерева Дома вызывает у них настоящие слёзы. И это интересное наблюдение. Когда в фильме-катастрофе рушится Нью-Йорк с тысячами жертв, мы переживаем исключительно за главных героев. Но в «Аватаре» гибель целого племени и падение дерева воспринимается как личная трагедия. Вероятно, дело в том, что Камерон создал мир, к которому зритель привязывается эмоционально. На’ви показаны представители полноценной культура, связанной с природой, духовностью, коллективной памятью. Уничтожение дерева – это убийство способа жизни. И зритель чувствует боль рода, а не одного персонажа. В этом и сила фильма: он расширяет границы эмпатии.
Если рассматривать сюжетные элементы, многие из них действительно напоминают фантастику, которую когда-то читал весь мир. Идея единой природной сети планеты напоминает повесть Гарри Гаррисона «Неукротимая планета». Жизнь в гигантских деревьях и их связь с племенами – тема, похожая на роман Роберта Янга «Срубить дерево». Переселение сознания в другое тело является мотивом из Пола Андерсона, особенно близкий к «Зовите меня Джо». Даже сама атмосфера Пандоры, её хищная красота, странные существа, алчные корпорации, отсылают к Стругацким и их мирам, где инопланетные планеты страдали от людской жадности. Камерон и не скрывал, что вдохновлялся фантастикой детства. Он просто собрал знакомые мотивы в единый визуальный и эмоциональный поток.
Феномен «Аватара» является наглядным примером того как знакомые темы могут стать частью нового культурного мифа. Камерон создал не просто фильм, а эмоциональную реальность, в которой каждый зритель нашёл что-то своё: мечту о гармонии с природой, протест против насилия, ностальгию по утраченной связи с миром, жажду справедливости.
И, возможно, главный вопрос, который поднимает «Аватар», звучит так: почему нам так важно быть на стороне На’ви? Ответ может быть в том, что Пандора даёт зрителю ощущение дома в человеческом смысле. Это мир, где ценят связь, чувствительность, взаимность. Мир, которого нам порой не хватает в собственной реальности.
